Видео
Поиск
Об этом рассказал в интервью немецкой медиагруппе Funke. По его словам, опасения вызывают инвестиции Китайской народной республики в развитие своих военных возможностей, в том числе – в современные виды вооружений, включая ее ракетно-ядерный потенциал. Впервые они были продемонстрированы широкой публике чуть более года назад, 1 октября 2019 года, на военной параде, посвященном 70-й годовщине со дня образования республики.
Это, напомним, серьезно обеспокоившие США и их союзников межконтинентальные баллистические и крылатые ракеты, например, считающаяся самой мощной и дальнобойной DF-41, сверхзвуковая стратегическая ракета DF-100, баллистическая ракета подводных лодок JL-2 и др. По словам главы КНР Си Цзиньпиня, открывавшего тот парад, эти вооружения обеспечат продемонстрируют всему миру бесперспективность попыток кого бы то ни было вновь лишить страну независимости.
Тот парад, по мнению экспертов, стал для США «последним звонком». Впрочем, нельзя говорить, что других «звонков» не было или что до этого Вашингтон молча наблюдал за возрождением Пекина. Стратегию противостояния в Белом доме начали продумывать еще в 2016 году, когда в КНР анонсировали широкомасштабную военную реформу. С одной стороны, перспективным представлялся вариант так называемого «экономического удушения». Будучи одним из наиболее серьезных импортеров китайской продукции, американцы могли бы это сделать достаточно просто, если бы не глобальность мировой экономики. Резкие действия против недавних партнеров вполне могли обернуться серьезными экономическими потерями и для них самих. Кроме того, Пекин в ответ вполне мог и сам нанести удар американской экономике, так как является одним из крупнейших держателей долговых обязательств Вашингтона.
В связи с этим, попытка быстрой «экономической блокады» КНР не соответствует интересам Соединенных Штатов. Второй вариант более длительный по времени и трудоемкий, его конечным итогом должно стало полное «выдавливание» Пекина с геополитической карты мира. Для этого, правда, необходим целый комплекс мер, помимо экономических: организовать открытое противостояние КНР с Западом с одной стороны и стимулировать внутриполитические противоречия, в том числе, основанные на территориальных спорах между Китаем, Тайванем и Гонконгом – с другой.
Именно это мы сейчас и наблюдаем. Противостояние США-Китай переходит на уровень НАТО-Китай. Готовность Столтенберга обсуждать «китайскую угрозу» и вырабатывать стратегию противостоянию ей это наглядно демонстрирует. Анонсируя повестку встречи с главами внешнеполитических ведомств стран альянса, генсек явно дает понять, в каком русле будет вестись антикитайское обсуждение: Пекин, подчеркнул глава блока, «не разделяет ценности и принципы демократии, что сейчас проявляется в Гонконге или в обращении с меньшинствами».
