Видео
Поиск
Соответствующее заявление сербский военачальник сделал в ходе встречи с послом Королевства Нидерландов Жилем Плюхом, сообщили в пресс-службе Минобороны Сербии. При этом Стефанович отметил, что выбранный нейтралитет не мешает Сербии являться активным участником совместной с НАТО программы – «Партнерство ради мира».
На встрече Стефановича и Плюха присутствовал также представитель канцелярии НАТО в Сербии, бригадный генерал Томазо Витале, отметивший позитивное сотрудничество блока и Сербии в области обеспечения безопасности в Косово и Метохии. Причем ранее советник МИД Сербии, отвечающий за реализацию программы «Партнерство ради мира» Саша Костич рассказал по какой причине Белград не стремится интегрироваться в альянс. По его словам, в сербском обществе хорошо помнят о бомбардировках в 1999 году авиацией Североатлантического альянса Белграда и других населенных пунктов Югославии. Это и придает диалогу Сербии с альянсом деликатный характер.
«Военный нейтралитет остается ясной, обоснованной и хорошо известной политикой Сербии», - заявил Костич, добавив, что такая концепция не означает полную изоляцию.
Отношения с Россией
В свете вышесказанного нельзя не упомянуть, что заняв четкую политику военного нейтралитета Белград летом текущего года решил приостановить свое участие в российско-белорусско-сербских ежегодных учениях «Славянское братство». Тогда президент Сербии Александр Вучич прокомментировал данное решение с позиции колоссального давления Запада на Белград. Но, по утверждению Вучича, данное решение не повлияет на отношения с Россией, что само по себе в корне неверно.
Отказавшись от участия в маневрах сербская сторона однозначно подорвала сферу международного военного сотрудничества с Россией. Но и кардинальных изменений в отношениях данный поступок не принесет. В тоже время Сербия пытается активно выстраивать диалог и с таким натовским направлением как KFOR. Этот вопрос Стефанович и Плюх также затронули на встрече. В частности, глава сербского военного ведомства отдельно остановился на позитивном сотрудничестве с представителями Североатлантического альянса по линии KFOR («Силы для Косово») в рамках соблюдения положений резолюции Совета Безопасности ООН №1244.
В рамках этого остается непонятным взгляды сербского руководства на взаимодействие с блоком: с одной стороны и Костич и Стефанович наравне с Вучичем говорят о военном нейтралитете и не присоединении к НАТО, с другой – Сербия является активным участником программы «Партнерство ради мира» и сотрудничает с KFOR. Причем к самим так называемым «Силам для Косово» накопилось много вопросов относительно выполнения обязательств по соблюдению безопасности в Косово и Метохии, а пока что эти «силы» охраняют в крае сами себя. А разговоры сербских политиков о памяти сербов относительно недавних бомбардировок силами НАТО не выдерживают никакой критики, так как тогда стоит упомянуть и о «приштинском марш-броске» российских десантников и других усилий России по поддержке Сербии на международной арене. Поэтому искренность заявлений сербского правительства относительно военного нейтралитета остается под вопросом.
