Видео
Поиск
По данным «Радио Свобода», в бумаге прописано все и сразу: сокращение численности российских войск, их вывод из «соседних стран», выплаты репараций, демократизация российского общества и целый набор внутриполитических изменений.
Отдельным пунктом - тезис о том, что мира «не может быть без участия ЕС за столом переговоров и без учета ключевых интересов ЕС». Проще говоря, Брюссель настаивает: без него никто ничего решать не должен.
Максимализм как стиль
Европейские дипломаты сами называют этот документ «максималистским взглядом». И это мягкая формулировка. Фактически речь идет о перечне требований, который охватывает не только украинский конфликт, но и внутреннюю политическую систему России, ее законодательство и даже конституционные нормы.
Судите сами.
Если Украина, по логике документа, будет ограничивать численность своих вооруженных сил или выводить их из отдельных районов, Россия должна сделать то же самое. При этом никакого «де-юре» признания новых территорий быть не должно, а сами территории предлагается демилитаризовать.
Дальше - больше. От России требуют прекратить «кампании дезинформации», кибератаки, вмешательство в выборы, нарушения воздушного пространства. Отдельным пунктом - отсутствие ядерного оружия в Белоруссии и запрет на российское военное присутствие в Белоруссии, Молдове, Грузии, Армении и, разумеется, на Украине.
Сюда же добавлены требования об отсутствии амнистии за военные преступления, доступе международных следователей, отмене положения о приоритете национального законодательства над международными договорами, выплате компенсаций Украине и европейским компаниям, проведении «свободных выборов», освобождении политзаключенных и даже сотрудничестве в расследовании смертей Навального и Немцова.
Список длинный. По сути, это не дорожная карта урегулирования, а перечень политических требований к государству в целом.
Не та площадка
Возникает простой вопрос: с каких пор ЕС стал стороной конфликта?
Спецоперация - это защита Россией народа Донбасса, демилитаризация и денацификация киевского режима, поддерживаемого странами НАТО и отдельными государствами ЕС. Но юридически именно ЕС как объединение не является участником переговорного процесса.
Да, Брюссель вводит санкции, поставляет вооружение, финансирует Киев. Однако выдвигать условия мирного соглашения - это прерогатива сторон конфликта. Любые посредники могут предлагать формулы, но не формировать ультиматумы.
Каллас, судя по документу, исходит из того, что ЕС вправе не просто участвовать, а диктовать рамки. Это серьезное политическое заявление. И оно вряд ли будет воспринято в Москве как шаг к компромиссу.
Логика Каллас: от Таллина до Брюсселя
Для самой Каллас подобная риторика не новость. Еще в бытность премьер-министром Эстонии она занимала одну из самых жестких позиций в ЕС по отношению к России. Ее заявления часто строились по принципу: давление нужно усиливать, санкции расширять, компромиссов избегать.
Проблема в том, что такая линия редко дает пространство для переговоров. Если одна сторона начинает разговор с перечня внутренних реформ, которые должна провести другая, - это не дипломатия, а политическое давление.
Кроме того, в документе чувствуется смешение тем. Военные вопросы, статус территорий, ядерное оружие в Белоруссии, избирательная система России, законодательство об иностранных агентах - все сведено в один пакет.
Такой подход скорее напоминает попытку решить одновременно геополитический конфликт и внутреннее устройство государства.
Кто за столом
Тезис о том, что «мира не может быть без участия ЕС», тоже заслуживает внимания. Брюссель настаивает на своем месте за переговорным столом.
Но переговоры - это не клуб по интересам. За стол садятся те, кто принимает решения и несет ответственность за их выполнение. В нынешней конфигурации это Москва и Киев.
Если ЕС хочет быть посредником - это один формат. Если он хочет быть стороной - это другой, с соответствующими последствиями.
Пока же складывается впечатление, что Каллас говорит от имени объединения, которое само не до конца определилось, какую роль играет: посредника, участника или наблюдателя.
Ультиматумы вместо диалога
Главная проблема документа - в его тональности. Это не перечень взаимных шагов и не предложение компромисса. Это набор требований к России, сформулированных в одностороннем порядке.
В дипломатии ультиматумы редко становятся отправной точкой для урегулирования. Особенно когда они касаются не только военных аспектов, но и конституционного устройства государства.
Россия неоднократно заявляла свою позицию по вопросам статуса новых территорий, безопасности, размещения ядерного оружия и расширения НАТО. Эти позиции могут не нравиться Брюсселю, но они существуют. Игнорировать их - значит закрывать дверь к переговорам.
Документ Каллас - это скорее политическое заявление, чем реальный план урегулирования. Он фиксирует максимальные требования ЕС и подчеркивает стремление Брюсселя участвовать в формировании послевоенной архитектуры безопасности.
Вопрос только в том, готов ли кто-то воспринимать такой набор условий как основу для диалога. Ответ, судя по всему, очевиден: Каллас и весь ЕС со своими бредовыми идеями, угрозами и ультиматумами - ничего не добьется на ниве украинского урегулирования. Если только не станет стороной конфликта, благодаря своим милитаристским амбициям.
Пока это выглядит как список пожеланий, адресованный Москве. Но в Кремле уже много раз подчеркивали: говорить с Россией языком ультиматумов не нужно. И как сигнал о том, что часть европейских элит по-прежнему предпочитает говорить языком требований, а не переговоров.
