Видео
Поиск
В начале, 14 июля, в Душанбе состоялось заседание Совета министров иностранных дел стран Шанхайской Организации Сотрудничества и встреча в формате контактной группы «ШОС-Афганистан». По итогам было принято заявление глав МИД, где они призвали к миру в Афганистане, противодействию наркотрафику и снова заявили о недопустимости любой террористической деятельности в регионе.
Кроме того, СМИД ШОС занимался подготовкой сентябрьского саммита этой межгосударственной структуры, точнее уже фактически последними деталями проведения Совета глав Шанхайской Организации сотрудничества. Мероприятие должно состояться именно в столице Таджикистана 16-17 сентября. В этом году ШОС отмечает 20-летие, поэтому встрече уделяется особое внимание. Должны быть проанализированы итоги работы организации и намечены основные векторы дальнейшего развития. Поэтому будут обсуждаться уже действующие программы, например, Антинаркотическая стратегия 2018-2023 годов — и планируется принятие новых - проект сотрудничества по противодействию терроризму, сепаратизму и экстремизму на 2022-2024 годы.
А затем в Ташкенте 16 июля состоялась международная конференция высокого уровня по Центральной и Южной Азии «Центральная и Южная Азия: региональная взаимосвязанность. Вызовы и возможности». Мероприятие было организовано Узбекистаном. В нём приняли участие руководители Афганистана и Пакистана, главы МИД Китая, России, Казахстана, Таджикистана, Туркменистана, Индии, Бангладеш, Мальдивской Республики, Саудовской Аравии, Кувейта и Турции. Прилетел на конференцию и спецпредставитель США по Афганистану Залмай Халилзад. Кроме того, участником форума стал и Верховный представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности Евросоюза Жозеп Боррель.
Именно его заявление в ходе конференции о том, что ситуация в Афганистане — это общая ответственность, вызвало немало вопросов. Поскольку сказал об этом представитель организации, страны которой составили костяк ISAF и играли ключевую роль в операции международных сил под руководством США в Афганистане. Военные, а затем и миротворческие и гуманитарные, действия западной коалиции в ИРА осуществлялись в соответствии с мандатом Совета Безопасности ООН. Неплохо было бы, чтобы ведущие страны-участницы ознакомили главную международную организацию с результатами проделанной работы, а не заявляли об общей ответственности.
Пока же итоги военной миссии США и их партнёров по НАТО, мягко говоря, не впечатляют. Только в Пакистане находятся 3 миллиона беженцев из Афганистана. Именно эта страна ощущает результаты деятельности ISAF наиболее остро и справедливо опасается, что дальше будет ещё хуже. Поскольку в ИРП движение «Талибан» является наиболее популярным, имеет сотни тысяч явных и скрытых сторонников. Штаб-квартира организации «Техрик-е Талибан Пакистан» расположена в афганской провинции Кунар, на востоке граничащей с Пакистаном — поскольку официальный Исламабад эту структуру запретил практически сразу после её создания в 2007 году.
Талибы стремятся консолидировать военные успехи политически и дипломатически
Власти ИРП, разумеется, видят в талибах угрозу для себя и для всей своей государственной системы. И именно Пакистан «Талибан» может рассматривать как лучший вариант для своего дальнейшего усиления и даже экспансии. А не бывшие советские республики Средней Азии, чем обычно пугают западные и российские либеральные СМИ. Поскольку любое распространение активности «Талибана» на эти территории вызовет крайнее недовольство Москвы и Пекина, что афганским повстанцам абсолютно не нужно. Главную тревогу здесь должны вызывать возможные провокации со стороны США, которые будут нацелены как на отвлечение военных, политических и экономических ресурсов своих противников, так и на скорейшее замену главных информационным тем в ИРА после ухода оттуда американских войск.
Вообще талибы сейчас пытаются взять определённую паузу и консолидировать свои военные успехи. Заявления их лидеров становятся всё более миролюбивыми — они, в частности, предложили трёхмесячное перемирие в обмен на свободу 7 000 своих бойцов, находящихся в плену или в афганских тюрьмах. Кроме того, исламская военизированная группировка на прошлой неделе впервые сообщила, что не исключает возможности создания в ИРА коалиционного правительства.
Талибов можно понять — после того как они взяли под контроль множество стратегически важных пунктов по всей стране и вышли на границы с Таджикистаном, Туркменистаном, Пакистаном, Ираном и Китаем, встаёт вопрос, что делать дальше. Разумеется, попытки взять крупные города сопряжены с огромными потерями, а успех совсем не очевиден. Это касается в первую очередь возможного штурма хорошо укреплённого Кабула, северного Мазари-Шарифа, находящегося под контролем лидера афганских узбеков, маршала Абдул-Рашида Дустума, и третьего по численности города страны Герата — столицы провинции с шиитским большинством.
Кроме того, движение «Талибан» неоднородно, в нём присутствуют немало свободолюбивых полевых командиров. На территории ИРА действуют и не подчиняющиеся талибам боевики — ИГ, Исламского движения Узбекистана, Исламского движения Восточного Туркестана и другие. Поэтому нет никаких гарантий, что после ухода американцев в стране не начнутся новые внутренние военные конфликты и не возобновятся затихшие.
Поэтому талибы значительно активизировали дипломатическую деятельность — и первым делом убедили в своих мирных намерениях Москву и Пекин. Никакого экспансионизма в бывшие советские среднеазиатские республики, борьба с наркотрафиком, контрабандой оружия. Наблюдая не только военные, но и дипломатические и информационные успехи «Талибана», западные СМИ за последнюю неделю серьёзно усилили пропагандистско-психологическую активность. Если в начале мая американские и британские масс-медиа, как и их коллеги из континентальной Европы, спокойно описывали то, как талибы занимают афганские районы практически без боя, представители армии ИРА переходят на их сторону, а лидеры повстанцев говорят, что никакого насилия на землях под их контролем не будет, то сейчас акцент делается на том, что талибы применяют на захваченных территориях методы, схожие с серединой 1990-х — как в плане жёсткого установления норм шариата, так и в плане насилия. В последних случаях, впрочем, западным СМИ традиционно не хватает фактологической и доказательной базы, но и имеющихся случаев вполне достаточно, чтобы создать определённую картину в глазах западных обывателй.
Очевидно, что дипломатико-политический фронт нынешней борьбы за Афганистан сейчас становится не менее важным, чем военный. Американский спецпредставитель Залмай Халилзад не ограничился визитом в Узбекистан — он направился также в Пакистан и Катар. В Ташкенте Халимзад в очередной раз пытался уговорить узбекское руководство помочь американцам решить очень чувствительную с точки зрения международного имиджа проблему — пристроить часть афганцев, сотрудничавших с США, на территории страны до того, как (и если) они получат американские визы. Роль Катара, имеющего большое политическое и финансовое влияние на «Талибан», после успехов движения возросла. Как стала более значимой и американская военная база «Эль-Удейд» в этой стране, вслед за тем как войска США отказались принимать на своих военных объектах в Пакистане и бывших советских республиках Средней Азии.
