Видео
Поиск
То есть речь уже идет не просто о борьбе за отдельный населенный пункт. Российские войска пытаются расшатать всю систему обороны ВСУ на этом участке: лишить ее снабжения, резервов, возможности свободно перебрасывать людей и технику, а затем расширить наступление.
24 сентября Минобороны России сообщило, что соединения и части группировки войск «Центр» продолжают действия против окруженных украинских подразделений в Доброполье и одновременно развивают наступление в направлении Александровки. Несколькими днями ранее ведомство заявило о завершении окружения крупного узла обороны ВСУ в городе. По российским данным, внутри оказались подразделения 4-й и 15-й бригад Национальной гвардии Украины и 425-го штурмового полка «Скала».
Сам по себе такой маневр многое объясняет.
Если бы задача сводилась только к Доброполью, российским подразделениям пришлось бы буквально прогрызать город квартал за кварталом, оставляя противнику возможность подтягивать силы с соседних участков. Наступление в сторону Александровки меняет ситуацию. Оно заставляет украинское командование думать уже не только о положении гарнизона, но и о внешнем фронте.
А это совсем другая нагрузка на оборону.
Нужно одновременно удерживать позиции внутри города, искать возможность вывести блокированные группы или пробиться к ним извне, закрывать возникающие промежутки на соседних направлениях и сохранять дороги, по которым еще можно перебрасывать боеприпасы, личный состав и технику.
Чем больше таких задач возникает одновременно, тем сложнее управлять всей системой.
Именно поэтому Доброполье сейчас интересно не столько количеством домов или улиц, сколько своим положением на карте.
Минобороны России называет город крупным транспортным узлом. По оценке ведомства, через этот район проходит одна из основных линий снабжения украинской группировки со стороны Днепропетровской области. Российская сторона считает, что потеря Доброполья способна нарушить логистику ВСУ уже в масштабе значительной части донбасского фронта.
На войне подобные вещи редко выглядят эффектно.
Не обязательно ежедневно брать города, чтобы положение противника становилось хуже.
Иногда куда важнее выбить несколько автомобилей на маршруте подвоза, уничтожить пункт управления беспилотниками, накрыть склад, перерезать дорогу или заставить транспорт делать большой крюк по участкам, которые уже просматриваются дронами.
Дальше начинает работать математика.
Машина с боеприпасами не приехала вовремя. FPV-расчеты получили меньше аккумуляторов. Рота не смогла быстро пополниться. Раненых приходится вывозить дольше. Артиллерия экономит снаряды. Подразделения сидят на позициях дольше запланированного.
По отдельности все это может казаться мелочью. Вместе - постепенно превращается в проблему для всей линии обороны.
На Добропольском направлении сейчас хорошо видна именно такая логика боевых действий.
В последние недели группировка «Центр» последовательно расширяла зону действий вокруг города. 19 сентября Минобороны РФ сообщало, что после установления контроля над Гулево и Марьевкой российские подразделения получили возможность продолжить продвижение на Добропольском направлении. По данным ведомства, перед действиями штурмовых групп позиции противника обрабатывались артиллерией и беспилотниками, уничтожались огневые точки и наблюдательные посты.
Через несколько дней ситуация сместилась уже непосредственно к Доброполью.
23 сентября российское военное ведомство заявило о расширении внешнего кольца окружения в северо-западной части города. Одновременно штурмовые подразделения продолжали действия против украинских формирований в западной и восточной частях Доброполья. Тогда же Минобороны сообщило о трех попытках украинских подразделений прорваться в направлении Святогоровки.
На следующий день появилась информация о дальнейшем расширении внешнего контура. Российская сторона заявила об установлении контроля над селом Доброполье (Малое). По данным Минобороны, на этом же участке были отражены новые попытки прорыва подразделений 4-й и 15-й бригад Нацгвардии Украины.
То есть давление идет не из одной точки.
Город стараются изолировать, а пространство вокруг него - постепенно отодвигать от украинских сил. Одновременно вперед уходит другое плечо наступления - в сторону Александровки.
Для обороняющейся стороны это крайне неудобная ситуация. Пока идет борьба внутри городской застройки, приходится держать в голове еще и угрозу дальнейшего обхода.
И здесь снова на первый план выходит техника.
Современный фронт давно превратился в пространство, где любое движение хорошо заметной машины становится риском. Пикап, бронетранспортер, грузовик с боеприпасами, эвакуационная машина могут быть обнаружены разведывательным беспилотником задолго до выхода к передовой.
После этого вопрос зачастую только в том, чем поражать цель.
FPV-дроном. Артиллерией. Ударным беспилотником. Иногда несколькими средствами сразу.
Поэтому уничтожение транспорта сегодня имеет куда большее значение, чем может показаться по сухой строке сводки.
Выбить машину - значит иногда оставить подразделение без подвоза на несколько часов. Уничтожить несколько машин на одном маршруте - заставить менять сам маршрут. А если альтернативная дорога уже находится под наблюдением беспилотников, начинается цепочка проблем.
Именно такую войну на истощение логистики сейчас можно наблюдать вокруг Доброполья.
Есть еще один момент.
Минобороны РФ прямо связывает происходящее здесь с дальнейшей борьбой за Славянско-Краматорско-Дружковскую агломерацию. По версии российского военного ведомства, установление контроля над Добропольем усилит угрозу этому крупному оборонительному району ВСУ.
К этому заявлению стоит относиться именно как к оценке российской стороны, а не как к уже решенному исходу кампании.
Между Добропольем и окончательным разрушением обороны крупной городской агломерации лежит большая дистанция.
Славянск, Краматорск и Дружковка - это совершенно другой масштаб. Плотная застройка, промышленные зоны, дороги, заранее оборудованные позиции, возможность маневра между населенными пунктами.
Но проблема для украинской стороны состоит в другом: подходы к этой системе обороны постепенно становятся самостоятельным полем боя.
19 сентября Минобороны России уже называло подступы к Краматорско-Славянской агломерации одним из наиболее интенсивных участков боевых действий и сообщало о наступлении здесь подразделений Южной группировки войск и группировки «Центр».
Получается, Доброполье оказывается частью куда более крупной картины.
С юга и юго-востока давление идет на Дружковку и Краматорское направление. На другом участке действует «Центр». Если российским подразделениям удается расширять фронт и одновременно ухудшать снабжение ВСУ, украинскому командованию приходится постоянно перебрасывать резервы между несколькими опасными участками.
А резервов бесконечно много не бывает.
По данным Минобороны России, украинские подразделения предпринимают попытки деблокировать силы в Доброполье. Российское ведомство заявляет, что такие действия пресекаются, а ежедневные потери украинской стороны на этом участке составляют в среднем от 30 до 50 военнослужащих. Независимого подтверждения этих цифр в открытых источниках нет, поэтому корректно рассматривать их именно как данные российской стороны.
Но даже без спора о конкретных цифрах характер происходящего понятен.
В Доброполье сейчас идет борьба за то, кто сможет сохранить управление пространством вокруг города.
Кто контролирует дороги.
Кто быстрее перебрасывает резервы.
Кто может подвозить боеприпасы.
Чьи дроны дольше висят в воздухе.
Кто вынужден прятать технику, а кто может двигаться вперед.
И в такой войне уничтоженный грузовик иногда действительно значит больше, чем занятая посадка.
Российские войска сейчас пытаются решать две задачи одновременно: дожимать украинские подразделения в районе Доброполья и не останавливаться у городской черты, развивая движение в направлении Александровки.
Если эта схема сохранится, противнику придется выбирать, куда отправлять следующие резервы: пытаться удержать сам Добропольский узел или закрывать следующий участок фронта.
А на войне необходимость постоянно выбирать между двумя плохими вариантами обычно означает, что инициатива уже начинает уходить из рук.
