Видео
Поиск
6 августа 1915 года германские войска применили под крепостью Осовец отравляющий газ. Передовые русские позиции понесли тяжелые потери, часть окопов была захвачена. Однако затем навстречу наступавшим вышли солдаты 226-го Землянского полка. Многие были отравлены, едва держались на ногах, кашляли кровью. Контратака оказалась успешной. Мы разберем этот героический эпизод Первой мировой войны с исторической точки зрения, придерживаясь фактов, документов и дневников, чтобы отделить вымысел, наросший с годами на это сражение, от реальных боевых действий, не принижая при этом мужества и героизма русской армии.
Как известно, позднее этот бой назвали «атакой мертвецов». За сто с лишним лет история обросла подробностями: сотня умирающих русских якобы обратила в бегство семь тысяч немцев, солдаты выплевывали куски легких, противник в ужасе бросался на собственную проволоку. Реальные события были не менее тяжелыми, но выглядели сложнее.
Осовец не был одиноким фортом посреди поля. Это была система укреплений на реке Бобр, западнее Белостока, на территории современной Польши. Крепость закрывала железную и шоссейную дороги, проходившие через болотистую местность. В обход провести крупные силы, артиллерию и обозы было трудно. Пока Осовец оставался в руках русской армии, германское командование не могло свободно двигаться на Белосток.
Немцы подошли к крепости еще в сентябре 1914 года. Затем последовали февральские бои 1915-го и тяжелая бомбардировка. По укреплениям работала осадная артиллерия, включая орудия калибра 305 и 420 миллиметров. Осовец получил серьезные повреждения, но гарнизон продолжал держаться.
К лету положение русской армии на всем польском участке фронта ухудшалось. Германские и австро-венгерские войска наступали, русские части отходили на восток. Осовец оставался выдвинутым вперед узлом обороны. Взять его прямым штурмом немцы несколько раз не смогли. Тогда решили применить газ.
Газ ждали больше десяти дней
Подготовка не была импровизацией. Перед русскими позициями развернули 30 газобаллонных батарей с несколькими тысячами баллонов. Германские части ждали устойчивого ветра в сторону крепости больше десяти дней.
В четыре часа утра 6 августа, или 24 июля по действовавшему тогда в России календарю, газ выпустили. В русских описаниях говорится о темно-зеленом облаке хлора с примесью брома. Точный состав до сих пор обсуждается, поскольку полного комплекта германских документов по штурму не сохранилось. Несомненно одно: это была мощная газобаллонная атака, рассчитанная на уничтожение людей в окопах перед началом пехотного наступления.
Полноценных противогазов у защитников Осовца не было. Использовались защитные повязки, смоченные водой или специальными растворами. Перед окопами разжигали костры, брустверы поливали известковой смесью. При высокой концентрации газа эти меры почти не помогали.
Газовая волна накрыла Сосненскую позицию. Хлор поражал глаза и дыхательные пути, вызывал удушье, рвоту, кашель, боль в груди. Люди теряли способность двигаться и стрелять. Газ скапливался в низинах, лесу, окопах и у водяных рвов. Растительность желтела и чернела, металлические предметы покрывались зеленым налетом. Отравление получили даже люди, находившиеся далеко от места выпуска газа.
На передовой в ту ночь находились пять рот 226-го Землянского полка и четыре ополченческие роты. Это были позиции Бялогронды - Сосня, принимавшие первый удар. Против них германское командование сосредоточило 13-14 пехотных батальонов, саперный батальон, до 30 тяжелых орудий и газовые батареи. Но это не значит, что все германские батальоны одновременно столкнулись со ста русскими солдатами на одном участке. Часть сил наступала на соседних направлениях, часть находилась в резерве.
Потери передовых русских рот были тяжелыми. В книге военного инженера Сергея Хмелькова говорится, что 9-я, 10-я и 11-я роты практически перестали существовать как боевые подразделения. От 12-й роты оставалось около 40 человек с одним пулеметом. На Бялогрондской позиции насчитывалось около 60 способных сопротивляться солдат при двух пулеметах. Эти цифры относятся к отдельным участкам после прохождения газа, а не ко всему гарнизону Осовца.
Уверенные, что организованного сопротивления уже не будет, германские части двинулись вперед. Они прорезали проходы в проволоке, заняли несколько русских окопов и стали приближаться к Заречной позиции. Наиболее далеко продвинулся 18-й ландверный полк, шедший вдоль железной дороги.
В этот момент оборона действительно оказалась близка к прорыву.
Контратаковали не одни «шестьдесят мертвецов»
Комендант крепости приказал бросить в бой все доступные резервы. На Сосненскую позицию направили 8-ю, 13-ю и 14-ю роты 226-го Землянского полка. Одновременно крепостная артиллерия открыла заградительный огонь.
Именно артиллерия часто исчезает из популярных пересказов. Между тем девять тяжелых и две легкие батареи замедлили продвижение германской пехоты и отсекли ее от резервов. Наступавшие подразделения оказались на захваченных русских позициях без достаточной поддержки с тыла.
Главный удар вдоль железной дороги нанесла 13-я рота под командованием подпоручика Владимира Котлинского. Она вышла из форта, попала под артиллерийский огонь, развернулась и продолжила движение. Примерно в 400 шагах от противника Котлинский поднял людей в атаку.
Бойцы были отравлены. У 8-й и 13-й рот потери от газа доходили до половины состава. Многие закрывали лица мокрыми тряпками, у некоторых были химические ожоги, люди тяжело кашляли. Появление такой пехоты стало для германских солдат неожиданностью. Они рассчитывали пройти через опустевшие окопы, но получили штыковую атаку и плотный артиллерийский огонь.
13-я рота выбила противника сначала с занятой позиции, затем из окопов первого и второго участков. Котлинский был смертельно ранен и передал командование подпоручику Владиславу Стржеминскому. Позднее роту возглавил прапорщик Станислав Радке. Бойцы продолжили очищать окопы и вернули захваченные пулеметы и противоштурмовые орудия. В плен взяли около 25 германских солдат.
На другом участке 14-я рота вместе с остатками 12-й выбила немцев из деревни Сосня. Было взято еще около 15 пленных. К восьми часам утра положение на передовых позициях в основном восстановили. К одиннадцати Сосненская позиция была полностью очищена, после чего германские войска нового штурма не предприняли.
Сколько именно людей шло в первой цепи 13-й роты, документы не сообщают. Хмельков писал о «нескольких десятках» отравленных стрелков. В поздних публикациях появились цифры 60, 100 или «чуть больше ста», обычно при объединении остатков 8-й и 13-й рот. Они выглядят правдоподобно, но точного поименного расчета участников первой штыковой атаки нет.
Так же осторожно следует относиться к фразе «сто русских победили семь тысяч немцев». Несколько тысяч германских солдат действительно были выделены для штурма всего укрепленного района. Однако в конкретном столкновении с ротой Котлинского участвовала лишь часть 18-го ландверного полка. Результат боя определили сразу несколько обстоятельств: внезапная контратака, огонь крепостной артиллерии, сопротивление уцелевших русских подразделений на соседних участках и потеря управления среди наступавших.
Это не уменьшает сделанного солдатами. Наоборот, убирает дешевый эффект и оставляет реальную картину: тяжело отравленная рота получила приказ вернуть окопы, вышла под огонь и выполнила задачу.
Откуда взялись «мертвецы»
Само выражение появилось не в германских донесениях и не было официальным названием боя в 1915 году. В документах того времени речь шла о газовой атаке и контратаке русских частей.
Формулировку «атака мертвецов» ввел в оборот Сергей Хмельков. В 1915 году он служил в Осовце и стал свидетелем газового штурма, а в 1939-м выпустил книгу «Борьба за Осовец». Описывая удар 13-й роты, Хмельков назвал его атакой «мертвецов» - именно так, с кавычками вокруг второго слова. Он передавал впечатление очевидца: навстречу немцам пошли люди, которые после газового облака должны были, по всем расчетам противника, лежать в окопах.
Позднее кавычки исчезли, а словосочетание стало названием всего боя. В XXI веке к нему добавились подробности, которых нет в полковом дневнике.
Солдаты действительно были отравлены, кашляли кровью и закрывали лица тряпками. Но буквальное описание «кусков легких на гимнастерках» пришло из поздней публицистики. Архивный дневник этого не содержит. Не подтверждает он и массового крика «ура». При сильном поражении дыхательных путей громко кричать было трудно, хотя отдельные бойцы могли это делать.
Точные потери нижних чинов в дневнике 226-го полка не указаны. Исследователи, работавшие с архивными материалами, оценивали число погибших примерно в 200 человек, а санитарные потери - приблизительно вдвое выше. Среди офицеров один погиб в бою, семеро умерли от газа, еще 20 офицеров и два врача были эвакуированы с отравлениями. Это оценка, а не окончательная ведомость потерь.
Осовец после этого держался недолго, но не потому, что немцы наконец взяли крепость штурмом. Русский фронт откатывался на восток, возникла угроза обхода и окружения. Эвакуация началась 18 августа. Артиллерию и имущество вывозили, укрепления, которые нельзя было оставить противнику, взрывали. Германские части заняли уже оставленную и частично разрушенную крепость.
Поэтому история Осовца - не рассказ о крепости, которая стояла вечно. Она выполнила свою задачу, задерживала противника почти год, пережила артиллерийские бомбардировки и газовый штурм, а затем была оставлена по приказу.
«Атака мертвецов» была. Только это была не сцена из мистического фильма. Умирать, вставать из братской могилы и идти на врага никому не пришлось. В атаку пошли живые люди - отравленные, ослабленные, с обожженными легкими. Их было мало. Они понимали, что впереди занятые окопы и германская пехота. Приказ русские воины все равно выполнили, несмотря на страшные отравления от газа. В этом и есть героизм русского солдата - выполнить приказ несмотря ни на какие лишения и ситуации. Так было и есть во все времена.
