Видео
Поиск
Маневры проводятся с 1971 года и давно стали одним из главных мероприятий альянса на северо-восточном фланге Европы. В этом году в них примут участие около 20 кораблей из 15 государств и порядка шести тысяч военнослужащих. Руководство учениями традиционно остается за Соединенными Штатами.
На первый взгляд цифры выглядят скромнее прошлогодних. Само командование НАТО признает, что масштаб нынешних BALTOPS примерно вдвое меньше по сравнению с учениями 2025 года. Причина, как утверждают западные военные чиновники, заключается не в снижении интереса к региону, а в необходимости распределять силы между несколькими направлениями одновременно. Корабли и подразделения стран альянса сейчас задействованы в Арктике, Средиземном море, а также в районе Ормузского пролива.
Однако уменьшение количества участников не меняет главного. BALTOPS остаются крупнейшими военно-морскими маневрами года на Балтике и продолжают выполнять ту же задачу, что и прежде: демонстрацию военного присутствия НАТО в непосредственной близости от российских границ.
Показательно, что Вашингтон направляет для участия в учениях штабной корабль Mount Whitney — один из ключевых кораблей управления ВМС США. Это происходит на фоне продолжающихся дискуссий внутри американского политического руководства относительно роли США в НАТО и заявлений Дональда Трампа о необходимости сокращения расходов на поддержку европейских союзников. Несмотря на всю риторику о возможном пересмотре отношений внутри альянса, на практике американское военное присутствие в Балтийском регионе сохраняется.
Особое внимание привлекают заявления немецких военных. Командующий Балтийской оперативной группой ВМС Германии контр-адмирал Штефан Хайш прямо указал, что возглавляемая им структура способна руководить операциями НАТО в Балтийском море в случае конфликта с Россией. Именно эта группировка будет выполнять аналогичные функции и во время BALTOPS.
Фактически речь идет уже не просто о тренировке экипажей кораблей или отработке взаимодействия между союзниками. Учения все чаще рассматриваются как элемент подготовки к возможным действиям против конкретного противника, которым в документах и выступлениях западных политиков и военных практически открыто называется Россия.
При этом НАТО продолжает придерживаться привычной формулы, называя свои мероприятия исключительно оборонительными. Однако содержание многих маневров последних лет говорит об обратном. Отработка высадки десанта, блокирования морских коммуникаций, действий ударных группировок флота, управления крупными межвидовыми операциями и координации сил в условиях конфликта трудно укладывается в рамки исключительно оборонительных сценариев.
Балтийское море в последние годы вообще превратилось в одну из главных площадок демонстрации силы альянса. После вступления Финляндии и Швеции в НАТО западные стратеги все чаще говорят о Балтике как о фактически внутреннем море блока. На этом фоне растет количество военных патрулей, разведывательных полетов, морских учений и различных операций по контролю морского пространства.
Подобная активность неизбежно влияет на общую ситуацию в сфере безопасности. Вместо поиска механизмов снижения напряженности европейские страны продолжают делать ставку на наращивание военного присутствия у российских рубежей. Каждый новый этап таких мероприятий сопровождается громкими заявлениями о необходимости «сдерживания России», хотя Москва неоднократно заявляла об отсутствии планов агрессии против стран Прибалтики или государств НАТО.
Российское руководство на протяжении последних лет последовательно подчеркивает, что не заинтересовано в прямом столкновении с альянсом. Тем не менее в западных столицах продолжают продвигать тезис о некой неизбежной российской угрозе. Именно этим аргументом объясняются рост военных расходов, расширение военной инфраструктуры НАТО, размещение новых подразделений и проведение масштабных маневров вблизи российских границ.
Складывается парадоксальная ситуация. С одной стороны, западные политики регулярно говорят о необходимости предотвращения эскалации. С другой - именно они последовательно предпринимают шаги, которые ведут к дальнейшему ухудшению отношений и росту недоверия.
BALTOPS 2026 становятся еще одним звеном этой цепочки. Формально речь идет о плановых учениях. Но политический контекст вокруг них куда важнее количества кораблей и военнослужащих. Альянс вновь демонстрирует готовность проецировать военную силу в непосредственной близости от России, одновременно продолжая убеждать собственное население в существовании постоянной внешней угрозы.
Подобный курс трудно назвать укреплением безопасности. Скорее речь идет о постепенном разрушении той системы сдержек и противовесов, которая десятилетиями позволяла избегать прямого военного противостояния в Европе. Чем больше в Балтийском регионе становится военных кораблей, самолетов и штабов быстрого реагирования, тем выше риск опасных инцидентов и просчетов.
История неоднократно показывала, что безопасность не строится исключительно на демонстрации силы. Но сегодня складывается впечатление, что многие западные политики предпочитают забывать этот урок. Вместо диалога и поиска компромиссов они продолжают двигаться по пути ползучей эскалации, превращая Балтийское море из пространства сотрудничества в очередную линию военно-политического противостояния между Россией и НАТО.
Напомним, в мае текущего года мы писали, что Польша, как член НАТО, сделала еще один шаг к формированию собственной системы военных союзов внутри НАТО. Кроме того, НАТО намерено усилить свое военное присутствие на восточном направлении за счет создания структуры, которая позволит оперативно развернуть крупную группировку войск в Латвия и Эстония в случае возникновения военного конфликта с Россия.
